Тайные общества, ордена и секты > ДО ИНКВИЗИЦИИ. ПЕРВЫЕ КОСТРЫ И ПЕРВЫЕ МУЧЕНИКИ

ДО ИНКВИЗИЦИИ. ПЕРВЫЕ КОСТРЫ И ПЕРВЫЕ МУЧЕНИКИ

Нал, воротами дома, где помещалось аббатство св. Доминика, крупными буквами было написано: «Domus inquisition i s».

«Осыпавшиеся двойные арки, разделенные белыми мраморными колоннами, серые кубические кирпичи, — все показывает, что католическая обитель воздвиглась на римских руинах.

На фронтоне — герб с изображением голубя, который несет в клюве масличную ветвь мира. Под ним надпись — «Твои селения» — по-латински . И герб, и надпись поразительно символизируют именно то, ярким отрицанием чего был этот страшный для народа дом.

Середину фриза украшает герб доминиканского ордена (пальма и звезда на белом с черным фоне) и герб Франции (лилии с королевской короной). Над ним надпись: «Един Бог, одна вера».

Во дворе здания помещается статуя святого Доминика, стены и плафон здания покрыты картинами, изображающими жизнь основателя ордена. Ревностные католические историки вменяют Доминику в заслугу и то, что, являясь основателем ордена, который столь рьяно боролся с еретиками и выдвинул стольких инквизиторов, он сам будто бы тоже был борцом инквизиции. И апологеты инквизиции поют святому за это гимн, находя, что святая инквизиция, по существу, начата самим Иеговой, преследовавшим нечестивых и каравшим их (испанский историк монах Моцедо).

Когда «гнездо ереси», Тулуза, была завоевана, после окончательного ее покорения возникла идея учреждения, цель которого — искоренение ереси. Первым зародышем его был институт «досмотрщиков за благочестием паствы». Местом их деятельности был упомянутый дом братства доминиканцев.

Хотя легаты св. престола, — гласило постановление Тулузс-кого собора, — неоднократно делали постановления относительно еретиков, но, принимая во внимание, что эти провинции теперь умиротворены, мы признали нужным приказать, с согласия архиепископов, баронов, прелатов и рыцарей, принять необходимые меры, чтобы очистить страну от яда ересей и поселить мир в ней». В каждом приходебыла учреждена комиссия из приходского священника и двух или трех выборных прихожан; они присягали в том, что будут тщательно разыскивать еретиков и их единомышленников, для этого осматривая все дома от чердака до погреба и даже подземелья, и о поисках, в случае поимки, будут доносить владельцам тех мест и их управителям для строгого наказания еретиков. Всякий синьор обязан разыскивать еретиков в деревнях, домах и лесах, и если кто дозволит за деньги или даром проживать еретику на своей земле, тот лишается ее, а сам предается в руки властей. Дом, где жил еретик, должен быть срыт, а место конфисковано. На епископа или уполномоченного им для этого духовного лица возлагается определение: еретик подсудимый или нет. Дозволение еретику проживать на чьей-либо земле после суда влечет за собою упомянутое строгое преследование. Всякий католик может быть добровольным сыщиком еретиков, и местные байльи получили приказание, под страхом лишения места, содействовать им в том всеми мерами.

Далее2

Так как духовенство не имело права проливать кровь, то оно осуждало на костер, «без пролития крови». Так святые отцы инквизиции умели обходить каноны и правила святой жизни, сохраняя невинность и расправляясь со своими жертвами.

Далее1

Назначенный в Тулузу легат, стоявший во главе местного инквизиционного трибунала, деятельностью своей возмутил весь город и внес в него яд доноса, недоверия, взаимной злобы. Каждый видел в другом врага и доносчика, каждый искал случая отомстить. На улицах начались столкновения, иногда дело доходило до убийства. На альбигойцев стали охотиться как на зверей. Их находили в лесах и волокли на суд. Инквизиционный дом делается центром власти, оттуда исходит как бы влияние злого духа, убивающего спокойствие горожан и распространяющее заразу убийства, доноса и злобы. Поистине дело Христа католическое духовенство обратило в дело братоубийства, злобы и" кровопролития. Страшные страницы истории инквизиции являются сплошными пятнами крови в истории человечества. И по иронии судьбы именно учение о любви, о всеобщем братстве, будучи искажено, породило весь этот ужас. Недаром среди искушений дьявола поэт самым страшным и соблазнительным сделал искушение картин будущего, в котором искупитель мог увидеть осквернение своего учения и поистине страшные плоды приложения его к жизни фанатиками и безумцами.

Далее3

Их преследовали, прежде всего, как нарушителей общественного порядка и спокойствия, как нарушителей чистоты и правильности христианского вероучения, как оскорбляющих религию и богохульствующих. Диалектики отцы-инквизиторы усмотрели в этих преследованиях еретиков пользу и для них самих. Ибо отеческие меры трибунала имеют целью спасение ДУШ самих же еретиков, «дабы они обратились к церкви и познали истину».

© 2008 Тайные общества, ордена и секты | Карта сайта