Тайные общества, ордена и секты > ПОДЗЕМЕЛЬЯ ИНКВИЗИЦИИ. СУД и пытки

ПОДЗЕМЕЛЬЯ ИНКВИЗИЦИИ. СУД и пытки

Кроме трибуналов постоянных, имеющих свое здание для заседаний, места для заключения арестованных и помещения для инквизиторов, были еще трибуналы подвижные.

Состав их был невелик и большей частью заключался в каком-нибудь облеченном доверием брате-доминиканце, известном проповедями и религиозным рвением, да в нескольких слугах. Большого количества людей не требовалось, так как на помощь духовной судебной власти должна была немедленно приходить власть светская и осуществлять все приговоры первой. Секретарь, два мирянина в черной одежде и два вооруженных человека с крестами на груди — вот вся свита инквизитора.

Явившийся в какое-нибудь селение инквизитор велит священнику созвать народ и читает в церкви проповедь, в которой изъясняет цели религиозного служения святой инквизиции и убеждает мирян сообщить все то, что они знают о еретиках в своем селении, дабы можно было искоренить заразу и спасти от гибели христианские души. Всегда найдутся ханжи или трусы, которые явятся с доносами к инквизитору. Оговоренных мирян хватают и ведут на допрос. Если арестованный отпирается от возведенных на него обвинений, прибегают к пытке. Чтобы спастись от невыносимых мучений, пытаемый подтверждает все вопросы и оговаривает еще целый ряд лиц. Получается целая сеть обвинений, и инквизитору предстоит широкая работа.

В более крупных селениях и городах инквизиторы устраивались для постоянного надзора за религиозными нравами горожан. Обыкновенно их было двое — доминиканец и минорит, францисканец. Оба имеют полномочия от папы, но доминиканец пользуется преимуществом. Прибыв на место, они извещают о своем прибытии подесту города, местного феодала, и тот закрывает свой светский суд, чтобы сделаться фиктивным председателем инквизиционного суда. Он обязан здесь действовать механически, скреплять все приговоры инквизиторов и приводить их к исполнению; противодействие ни к чему бы не привело и лишь послужило бы ко вреду местному государю. Приказанием его все чиновники и власти города обязываются всячески содействовать инквизиторам и подчиняться их воле, арестовывать по приказанию, ссылать или казнить.

Затем начальник города являлся приветствовать прибывших инквизиторов и склонялся пред ними во прах, выражая этим раболепством преклонение перед церковью и папством. Он клялся при этом исполнять приказания инквизиции, — в противном случае ему грозило отлучение от церкви и проклятие.

Власти города выбирали наиболее благочестивых горожан для участия в трибунале, давали монахам стражу, так называемую милицию Христа. В кафедральном храме устраивали торжественное богослужение, где инквизитор произносил проповедь и читал «присягу доноса». Он извещал находящихся под подозрением еретиков, что если они явятся добровольно в трибунал и принесут покаяние, то будут подвергнуты лишь слабому наказанию, в противном же случае к ним будут применены законы инквизиционного суда во всей их строгости.

Затем в течение месяца принимались доносы на мирян и записывались в особую книг)' с обозначением имени доносчика. Если оговоренный ранее месяца являлся сам в трибунал и каялся, донос зачеркивался и терял значение. Когда же проходил месяц, начинались инквизиционные суды, в которых обвинителю не грозило наказание за ложный донос, и где все решалось одним лишь наговором и обвинением. В Тулузе заседания трибунала происходили по средам и субботам с двух до четырех часов дня. Помещением служил обыкновенно доминиканский монастырь. В подвалах монастыря устраивали тюрьмы с железными решетками на окнах и железными дверями.

У входа в зал, где происходил суд, стояла вооруженная стража. Картина суда производила подавляющее впечатление, создавая в обвиняемом настроение подавленности и страха. Обыкновенно заседание происходило в длинной низкой зале монастырского здания, где узорчатый деревянный потолок нависал над головой, где было полутемно, ибо маленькие, забранные решетками окна пропускали мало света. За длинным столом, на деревянной скамье восседали члены трибунала в белых и коричневых сутанах, с шапочками, закрывавшими тонзуры, на головах, подпоясанные веревками.

Около них восседал местный архиепископ в парадной одежде, несколько священников и остальные члены трибунала в черной одежде. На стене висела эмблема инквизиции — крест и папская булла. Отдельно сидел нотариус, исполнявший роль секретаря и записывавший показания обвиняемых и свидетелей. По показаниям обвинителей подозреваемый в еретичестве арестовывался и сажался в тюрьму; на следующий день он представал перед судилищем трибунала.

Далее1

Ему зачитывали обвинительные свидетельские показания, где правда нередко перемешивалась с ложью. Затем слово предоставлялось обвиняемому. Очень редко перед судом представал еретик, который прямо, в ответ на обвинение, признавался в ереси. Если таковой попадался, суд или усове-щевал его, пытаясь вернуть в лоно церкви, или же, в случае упорства, присуждал к казни. Большей же частью обвиняемому расставлялись сети диалектических ловушек святых отцов, всячески старавшихся сбить еретика с толку и добиться его признания.

Далее4

«По воскресеньям и праздникам, кроме Богоявления и Вознесения, кающийся обязан был являться в церковь и приносить с собой пучок розог. Во время чтения Апостола он снимал с себя обувь и платье, брал в руки крест и предлагал священнику бить себя. Этот обычай шел с X века, когда священники секли присужденных к покаянию как господа своих рабов. Он имел целью унижение со стороны грешника, которое способствует спасению. При каждой церковной процессии все кающиеся должны были присутствовать. Вместо свечей они несли розги. По окончании крестного хода они подходили к священникам для получения следуемых ударов. Раз в месяц они должны были являться с такой же странной просьбой в те дома, где прежде они виделись с еретиками. Они три раза в год приобщались, дома и в церкви клали учащенные поклоны. Они не могли пропускать ни одной службы и соблюдали посты. В этом отношении кающимся предлагалась целая диета, тщательно определявшая, в какой день ему следовала какая пища. Во время поста он до Великого четверга стоял за церковной дверью. Ему предписано было обойти замечательные храмы и монастыри Франции. Италии и Испании, славные или своими мощами, или воспоминаниями. Эти богомолья бывали большие и малые; к первым причислялись храм Св. Петра в Риме, Иакова Компостельского, Фомы Кентерберийского, кельнский

Далее2

Орудия пыток, всевозможные изобретения для мук встречали там жертву. Существовал известный порядок мук, которым подвергался еретик: вначале пытали дыбой, потом водой, затем огнем. На языке папской буллы, определявшей пытки, это называлось «умалением членов» (булла Иннокентия IV, изданная в 1152 г.).

Далее3

Третьей пыткой по ритуалу инквизиции была пытка огнем. Подсудимого, уже полумертвого от перенесенных мук посредством дыбы и вливания воды, клали ногами к пламени и палили его медленным огнем. Каждая такая пытка продолжалась около часа, и палачи-инквизиторы имели довольно времени, чтобы впитывать содрогания и гримасы муки и ужаса.

Далее6

Когда все было кончено, бумаги инквизиторов были уничтожены, слуг выбросили за окно. С зажженными факелами нападавшие выбежали на улицу, где ждала их толпа собравшегося на крики и шум народа. Альфаро рассказал им, в чем дело, рассказ его был встречен всеобщим одобрением. Все радовались уничтожению людей, от которых ждали кары, смуты, пыток и казней. «Теперь все вы будете счастливы!» — воскликнул в заключение Альфаро, и отряд его помчался в лес.

Далее8

Как уже было сказано, альбигойцы признавали ветхозаветного Бога злым, он всецело уничтожался фактом откровения для людей Бога любви и бесконечного милосердия. Две противоречащие друг другу идеи — библейская и евангельская — были правильно истолкованы еретиками, как взаимоисключающие. Приняв одну, надо было отвергнуть другую. Христос, Дева Мария и Иоанн Креститель во плоти не были, а снизошли с неба.

Далее7

В конце концов, Монсегюр был взят благодаря измене. Осаждавшие подкупили нескольких горцев, хорошо знавших местность и все горные тропинки, ведущие к замку. Они провели ночью осаждавших замок рыцарей с их отрядами по тропинке к замку Здесь рыцари ударили по отрядам стражи и после страшного побоища овладели замком. Барон Монсегюра капитулировал, получив право свободного ухода со своим отрядом.

Далее5

Терроризируемые гонениями, кострами и пытками, альбигойцы толпами покидали свои дома, убежища, имущество и разбегались по лесам и горам, укрываясь, как звери, в чащах, а для молитв собираясь в лесные хижины. Единственным безопасным для них местом был замок Монсегюр, где засел отважный рыцарь барон Рожер Мирпуа, не выносивший победителей Тулузы, галлов и французских рыцарей и восстававший против тирании инквизиции.

© 2008 Тайные общества, ордена и секты | Карта сайта