Тайные общества, ордена и секты > Произведения Рене Нелли

Произведения Рене Нелли

Поэзия: «Оружие доблести» (на окситанском языке). Изд IEO, 1952.
Эротология: «Любовь и мифы сердца». Изд. Ашетт, 1952.
«Эротика трубадуров», премия Французской академии. Изд. Прива, 1963 и 1974.
«Эротика и цивилизация». Изд. Вебер, 1972.
Ересиология: «Катарские произведения». Изд. Деноэль, 1959; Планет, 1968.
«Феномен катаров». Изд. Прива и PVF, 1964, 1967.
«Повседневная жизнь лангедокских катаров в XIII веке», премия Французской академии. Изд. Ашетт, 1969.
Окситанская культура: «Трубадуры» (в соавторстве с Рене Лаво). Изд. Декле де Брувер, 1960—1965.
«Окситанская поэзия» (на двух языках). Изд. Сегерс, 1972.
«Окситания: что же это такое, в конце концов?». Изд. Прива, 1978.
Кроме того, Р. Нелли написал биографию своего учителя: «Жоэ Боске, его жизнь и творчество». Изд. Альбен-Мишель, 1975.

Данные взяты из журнала «Пэи катар» № 2, март - апрель 1997 г.

Далее Примечания переводчика

1. Богомильство — дуалистическое вероучение, названное так согласно «СЛОВУ святого Козьмы пресвитера на еретики препрение», ОДНОМУ ИЗ ОСНОВНЫХ ИСТОЧНИКОВ знаний о богомильском учении, по имени своего основоположника попа Богомила. 3. Ольденбург считает, что «Богомил» могло быть также или прозвищем основателя учения, или именем, обозначавшим некий символический персонаж, которое позже стало восприниматься как принадлежащее реальному человеку. Богомилы объясняли смешение в мире добра и зла наличием, еще до появления видимого мира, двух противоположных начал, доброго и злого, олицетворенных в виде доброго Бога, Творца невидимого мира, и злого Духа, Люцифера или Сатанапла. создателя видимого чувственного мира. Умеренные богомилы считали Сатанаила старшим сыном Небесного Отца, отпавшим от Него вместе с другими низшими духами и низвергнутым за это с неба. Его заменил у Отца младший Сын - Слово, Иисус Христос. Сатанаил устроил невидимую еще. покрытую водой землю и придал ей тот вид, в котором она предстала перед первым человеком. Тело человека тоже создал Сатанаил, но не смог одушевить его. Душу дал человеку Небесный Отец после того, как Сатанаил согласился властвовать лишь над телами первого человека и его потомства, а души предоставить Богу для восполнения поредевших ангельских чинов. Но Сатанаил нарушил свое обещание, и под видом змеи вступил в связь с Евой и произвел на свет злых Каина и сестру его Каломену. Когда же Ева родила от Адама Авеля, Каин убил брата. И с тех пор духовные дети Сатанаила преследовали и истребляли духовных сыновей Божиих (их было немного, все они упомянуты в родословии Евангелия от Матвея). Весь период Ветхого Завета человечество находилось под злобной властью Сатанаила, который насылал на людей то потоп, то столпотворение, то закон Моисеев. Наконец бедствия людей переполнили чашу терпения Небесного Отца, и он послал с неба на Своего второго Сына для борьбы с Сатанаилом и спасения людей. Сын-Слово вселился через ухо в утробу Девы (или в одного из ангелов, Марию), родился, жил и умер на кресте как видимый, телесный человек, но его телесность и все, с ней связанное, было только кажущимся (докетизм). Христос победил Сатанаила, отнял у него божественность, связанную со слогом «ил», и заключил теперь уже просто злого духа Сатану в преисподнюю. Человеческому роду, избавленному отныне от непосредственной власти Сатаны, предоставилась возможность войти во врата Небесного Царства, если люди сумеют побороть оставшиеся в них следы зла и наклонность к нему и станут достойны своего небесного призвания. Завершив свою миссию, Христос-Слово возвратился на небо к Отцу и сел рядом с Ним (или растворился в нем). Были и другие версии космогонии и космологии богомилов. Вопрос о происхождении богомильства, сложный и неясный в подробностях, в общих чертах считается разрешенным. Его относительно далекие корни — мистические учения гностицизма и манихейства, переработанные в III в. Павлом Самосатским и обновленные павликианами, уже представлявшими собой организованную группу, в Коммаге-нах на Евфрате в конце VII в. Приверженцы павликиан встречались среди греков и армян до XIX в. Малоазиатские пав-ликиане, которых византийские императоры (Константин Копроним в VIII в., Феофил в IX в., Иоанн Цимисхий в X в.) неоднократно переселяли на границы Болгарии, у Адрианополя и Филиппополя, распространили павликианство как в самой Византии, так и в Болгарии, главным образом среди простого народа. Кроме того, в X в. в монастырях Византии было сильно распространено умеренно дуалистическое мес-салианство, или евхитство. При царе Петре в Болгарии уже было много не только сторонников богомильства, но и исповедников-мучеников. Вероятно, богомилы были особенно многочисленны в Македонии, чем можно объяснить именно македонские восстания против царя Петра и его правительства. Полагают, что здесь сложилась «болгарская церковь» богомилов, представлявшая умеренный дуализм (некоторые помещают ее в придунайскую Болгарию), в то время как во Фракии укоренился абсолютный дуализм «церкви Драговицкой». Несмотря на гонения, число приверженцев богомильства росло с непостижимой быстротой. Многочисленные эмиссары рассылались по всей территории Средиземноморья. Особенно прочно обосновались богомилы в Боснии, где продержались вплоть до вторжения турок в XV в.

Далее6

17. «Саварпк де Маллеон, сын эн Рауля де Маллеона, был могущественный пуатевинский сеньор, владетель Маллеона, Тальмона, Фонтенэ, Шателайона, Буэ, Бенона, Сен-Мишель ан л'Арм, Иль-деТэ, Иль-д'Йе, Нестривы, Ангулема и многих иных отличных вотчин. Был он прекрасный рыцарь, сведущий в законах вежества, щедрее щедрых. Больше всех на свете ценил он любовь, турниры, песни и услады, придворные развлечения и трубадурское художество, ухаживание куртуазное и щедрые дары, верный был друг дамам и влюбленным, верней любого другого рыцаря, и более всего стремился к общению с достойными людьми, желая им угождать. И воин-то он был, какого свет не видывал, порой удачливый, а порой и не очень. И все войны, в которых он участвовал, велись против французского короля и его людей. И ежели бы кто пожелал записать все подвиги и добрые его дела, то книга составилась бы пребольшая, ибо в нем искренность и милосердие сочетались с добротой, и совершил он больше достойных деяний, чем знал я за кем-либо иным, а он лишь еще и еще их умножать стремился» (Жизнеописания трубадуров. М.: Наука, 1993. С. 123).

Далее11

30. Пьер Отье был уроженцем Акс-ле-Терм, что расположен в глубине пиренейской долины Сабарте. Именно там находятся знаменитые пещеры Ломбрива, служившие убежищем последним катарам. Страна в то время была еще по большей части верна катарской церкви. Сам Пьер Отье принадлежал к семье, еретической по крайней мере с 1230 г. Однако, согласно рассказу инквизиторов, они с братом обратились в иную веру при обстоятельствах, напоминающих знаменитый роман о Варлааме и Иосафате: «Пьер и Гильем Отье были писцами, умели читать, у них были семьи и имущество. Однажды Пьер листал книгу. Внезапно пришел его брат, которому он подарил манускрипт, говоря, чтобы тот поразмыслил над каким-то отрывком. Гильем, прочитав его, заявил, что оба они теряют душу, живя такой жизнью. И Пьер воскликнул: "Ну, брат, пойдем и постараемся спасти наши души". Сказав это, они все оставили и пошли в Ломбардию, где из них сделали добрых христиан. Потом они возвратились в Акс». Это произошло во время Великого поста 1298—1299 гг. С тех пор Пьер Отье беспрестанно бродил по стране вместе со своим братом, а позднее с сыном Жаком, повсюду проповедуя и совершая consolamentum. В 1300 г. его предал монах Гийом Дежан, но Отье был спасен своим племянником Рай-моном из Родеза, доминиканцем в Памье, который был агентом еретиков. А предатель Дежан был через некоторое время сброшен в горное ущелье. В 1307 г. Пьера Отье стал яростно преследовать Бернар Ги, автор знаменитой «Practica inquisitionem», который в то время был инквизитором в Тулузе. Преданный Пьером де Люзенаком, бессовестным адвокатом. Добрый человек был арестован. Его осудили на Тулузском соборе инквизиторы Бернар Ги и Жоффруа д'Аб-ли. «Если бы мне позволили проповедовать, я бы обратил весь народ в свою веру!» — воскликнул Отье, поднимаясь на костер.

Далее21

51. Многие трубадуры сами были катарами. В замке трубадура Гильема де Дюрфор в Фанжо жила община совершенных, там часто устраивались религиозные диспуты. Был катаром Мир Бернат де Лорак, выданный светским властям в год падения Монсегюра. Трубадур Аймерпк де Пегильян к концу жизни стал совершенным и умер в одном из катарс-ких монастырей в Ломбардии. Трубадур Юк де ла Бакалариа родился в семье архитектора, строившего Монсегюр. Сава-рнк де Маллеон сражался рядом с графом Тулузским Раймо-ном VI. Юк де Сент Сирк нашел убежище в Северной Италии, но в 1257 г. он все же был обвинен в ереси. Известный трубадур Гаусельм Файдит также был катаром. (Слово «фай-днт» — «изгнанник» — появилось в окситанском языке во время Альбигойских крестовых походов. Им стали обозначать окситанских сеньоров, которых крестоносцы, предводительствуемые Монфором, незаконно лишали их земель и владений. Файдиты вели партизанскую войну против захватчиков.) Можно привести множество подобных примеров.

Далее19

46. Не все так просто в христологии «древних манихеев». Августин («О ересях») выделяет две ипостаси Иисуса: Иисус-Сияние и исторический Иисус. Иисус-Сияние — божество, шестая эманация Отца-величия. Исторический Иисус — Христос Нового Завета. По манпхейскому учению, это предпоследний в череде апостолов, предшественник Мани; он проповедовал в Иудее истинную веру, основал очередную церковь праведников и был распят. В «Кефалайе» ничего не сказано ни о каком качественном отличии воплощения и явления Иисуса от явления других апостолов. Е.Б. Смагина, переводчик и комментатор «Кефалайи», считает, что докетизм манихеев — явление вторичное и позднейшее. Приводимая как доказательство манихейского докстизма цитата: «...Он принял образ раба вид как у людей...», — почти дословно повторяет Фил 2.7: «...приняв образ раба, сделавшись подобным человекам и по виду став как человек».

Далее3

8. Этот день, 22 июля, день святой Марии Магдалины, ставший одним из самых трагических за весь крестовый поход, начался почти беззаботно. И осажденные, и осаждающие были уверены, что все опасности еще впереди. Гарнизон строил оборонительные сооружения. Командиры крестоносцев и рыцари держали совет относительно штурма, которые предполагался не раньше чем через день или два; солдаты собирались завтракать. В это время отряд из гарнизона предпринял вылазку за ворота. Гильом Тюдельский, автор первой части «Песни об Альбигойском крестовом походе», с негодованием пишет о безрассудстве этих людей: «О, какую плохую службу сослужил городу тот, кто надоумил их выскочить среди бела дня! Да и как было знать, что натворят эти олухи, эти дубины стоеросовые: под знаменами из белого полотна они ринулись вперед, голося что есть мочи и думая, что очень напугают противника, как путают они птиц на овсяном поле. Они гикали, улюлюкали и размахивали знаменами так, что утро посветлело!» Насмешники приблизились к лагерю пилигримов, один из французов выбежал на мост ответить на их подначивания и был \бит, завязалась потасовка. Подобные вылазки, мелкие стычки, взаимные насмешки и подначивания часто предваряли в ту эпоху серьезные сражения и редко приводили к серьезным последствиям. Но в этот раз командир рутьеров, быстро оценив выгодность ситуации, определил исход осады. Разбойничий король выкликнул сигнал в атаку. Рутьеры бросились вперед, тесня горожан к городским воротам. «Их было, — сообщает Гильом Тюдельский, — более пятнадцати тысяч, все босые, в одних рубахах, вооруженные только палицами». Пятнадцать тысяч — это, конечно, преувеличение, но горожан в любом случае было меньше, и спастись они могли только бегством. Неистовая толпа улюлюкающих рутьеров достигла ворот одновременно с отступавшим отрядом. Они снесли ворота, а основная часть армии, едва успев вооружиться надлежащим образом, ринулась на штурм. Прежде чем гарнизон успел опомниться, вся армия была уже у стен города, а банды рутьеров бежали по улицам, сея вокруг себя ужас.

Далее18

44. Между собой катары называли друг друга христианами. Более того, «...катары объявляли себя последователями традиции более древней, более чистой и более близкой к учению апостолов, чем римская церковь, и требовали считать себя единственными христианами Святого Духа, ниспосланного им через Христа» (3. Ольденбург. Костер Монсегю-ра. СПб., 2001. С. 42).

Далее2

5. После государства Раймондинов транкавельский домен являлся самым большим владением Юга и ориентировался в основном на Арагонское королевство, которому принадлежали не только Каталония и Руссильон, но и часть Прованса и даже Монпелье. В течение XII в. между двумя домами бывали и длительные войны, и периоды примирения. Несмотря на то, что эти дома соединяли частые браки, мира не получалось, поскольку Раймондины стремились достичь единства своего государства за счет Транкавелей.

Далее4

10. И для католиков, и для еретиков последним убежищем оказались церкви. Те, кто успел выбежать из домов, куда врывались рутьеры, бежали к городским церквям: к собору Сен-Назэр, к большой церкви святой Магдалины и церкви святого Иуды, — надеясь укрыться там до конца штурма. Но спасения не было нигде. Ворота церквей брали с бою, и все, кто там находился, оказывались в ловушке; их резали всех подряд: женщин, грудных детей, священников с распятиями в руках. Петр Сернейский* утверждает, что только в церкви святой Магдалины вырезали более семи тысяч человек. Едва ли церковь могла вместить такое количество народа, но все свидетели утверждают, что резня была поголовной. Согласно Цезарю Гейстербаху, когда некий барон спросил у Арно Амальрика: «Как же мы узнаем еретиков?» — тот ответил: «Убивайте всех! Господь узнает своих».

Далее1

2. Вот что сообщают о Пейре Карденале (ок. 1205—1272) старопровансальские «Жизнеописания трубадуров» XIII— XIV вв.: «Пейре Карденаль родом был из Велэ, из местечка Пюи Санта Мария, и происходил из семьи достойной и славной: отец его был рыцарь, а мать благородная дама. Еще младенцем отдал его отец в монастырь тамошний самый большой, где он наукам обучился и хорошо мог петь и читать. Когда же он вырос, то, чувствуя себя юным, прекрасным и веселым, поддался влечению к мирской суете. Множество сложил он прекрасных песен на достойные темы, слагал он и кансоны*. но редко, а более же всего отличные сирвенты, в каковых, если их должным образом понимать**, он излагает весьма примечательные сюжеты и дает много отличных примеров, ибо в них весьма обличает он безумие века сего и сурово корит недостойных клириков» (Жизнеописания трубадуров. М.: Наука, 1993. С. 165). Но эти «Жизнеописания...», написанные, по-видимому, в эпоху Альбигойских войн, и поэтому весьма «политкорректные», не упоминают о том, что Пейре Карденаля по справедливости можно было бы назвать певцом лангедокского сопротивления.

Далее7

20. Раймон VI умер в июле (по другим источникам в августе) 1222 года. Чувствуя приближение смерти, он принял посвящение в орден госпитальеров. Однако умирал он отлученным от Церкви и был лишен соборования на смертном одре, несмотря на все свои мольбы. Согласно завещанию похоронить его должны были во владениях ордена, в госпитале святого Иоанна Иерусалимского. Однако госпитальеры не решились похоронить его без разрешения, и в течение многих лет гроб с его телом стоял при кладбищенском садике. Только СПУСТЯ 25 лет Раймон VII добился того, чтобы папа Иннокентий IV назначил инквизиционную комиссию, имевшую целью исследовать жизнь отлученного и определить, заслуживает ли он христианского погребения. Комиссия допросила сто десять свидетелей, духовных и светских, лично знавших покойного и бывших с ним в более или менее близких отношениях. В ходе допросов оказалось, что этот «еретик» принадлежал к числу самых ревностных и религиозных католиков. Воюя с Монфором, он построил великолепный собор Святого Стефана. Никто во всех пределах тулузских владений не делал таких пожертвований монастырям, как он. Под его защитой в Тулузе утвердились первые минориты. За его столом ежедневно кормилось тринадцать бедных. В страстную пятницу он питался только хлебом и водой. Даже в походах его сопровождала капелла, и он ежедневно слушал мессу... Но Рим опять отказал в разрешении. Труп Раймона истлел без погребения, обезображенный, ограбленный, наполовину изъеденный крысами. Еще в XVI веке около кладбища тулузских госпитальеров показывали деревянный ящик, в котором дотлевали его кости. «Череп сохранился неповрежденным, и современники видели на затылке его небольшую, но очень отчетливую лилию красноватого цвета, походившую очертаниями на лилию французского герба. Этот френологический признак в глазах наблюдателей служил предзнаменованием присоединения Лангедока к королевской короне Франции» (Н. Осокин. История альбигойцев и их времени. М., 2000. С. 483). Раймон-Роже, граф де Ф\а, умер почти в одно время с Раймоном VI.

Далее10

28. «Эн Юк де Сент Сирк родом был из Керси, из городка под названием Тегра, и был он сын некоего бедного вассала по имени эн Арман де Сент Сирк, ибо Сент Сирк назывался замок, откуда тот был родом; замок этот, что у подножья Сайта Мария де Рокамадур, во время одной из войн был разорен и разрушен. Было у Юка много старших братьев, каковые, желая сделать его клириком*, отправили учиться в Мон-пелье. Но в то время, как они воображали, что он изучает науки, он учил песни, кансоны, тенсоны, куплеты и сирвен-ты, а также деяния и речи благородных и достойных рыцарей и дам. живших в его время и в былые времена. Всеми этими овладев познаниями, стал он жонглером. И граф де Родес. и виконт Тюреннский, и добрый Дофин Овернский весьма возвысили его среди жонглеров, обмениваясь с ним стихами, прениями и строфами. Долгое время Юк провел в Гаскони, бедствуя и странствуя от двора ко двору то пешком, то верхом, пока не остался при дворе графини де Бенож, через каковую снискал дружбу эн Саварика де Маллеона, который пожаловал ему снаряжение и платье. Долгое время оставался он при нем в Пуатье и в соседних областях, затем в Каталонии, в Арагоне и в Испании при добром короле Альфонсе*, при короле .Альфонсе Леонском и при Педро Арагонском**. Жил он также в Провансе у многих сеньоров, и в Ломбардии и в Марке. После того он женился и родились у него дети. МНОГОМУ ОН у многих научился и познания свои охотно передавал другим. Слагал он песни отличные и куплеты на отличные напевы. Но что до кансон, то их он совсем не сочинял, ибо никогда не бывал сильно влюблен в какую-либо даму. Однако, умея вести ловкие речи, научился он изображать любовь к прекрасным дамам, и в песнях своих расписывать, что ему от них выпадало, причем и возвысить их умел, и принизить. Впрочем, после женитьбы своей он песни слагать перестал» (Жизнеописания трубадуров. М.: Наука, 1993. С. 131-132).

Далее8

23. Инквизиция, как процедура, состоявшая в розыске еретиков и принуждении их признать свои заблуждения, существовала уже давно. Все епископы периодически производили эту процедуру, допрашивая и осуждая заподозренных в ереси. Декреты Соборов в Вероне, Латеране и Тулузе постоянно содержали учреждения инквизиций и вменяли розыск и наказание еретиков в обязанность не только епископам, но и светским властям. Однако создание подразделения церковных сановников, призванных заниматься исключительно инквизицией, носивших официальное звание инквизиторов и подчинявшихся напрямую папе, минуя епископа, впервые было предусмотрено только 20 апреля 1233 в циркуляре Григория IX, учреждающем особую инквизицию. Эта мера ставила — хотя и в пределах исполнения одной функции — простого монаха на одну ступеньку с епископом и даже в какой-то мере выше сто. Исключительные права инквизитора не позволяли епископу ни отлучать его от Церкви, ни отстранять временно от должности, ни опротестовывать его решений, кроме как по специальному указанию папы.

Далее5

13. Автор «Песни об Альбигойском крестовом походе» утверждает, что виконт Безье был католиком. Но не надо забывать о том, что поэт писал в те времена, когда нельзя было высказаться открыто — среди множества персонажей «Песни...» нет ни одного еретика. «На самом же деле Раймон-Роже вырос в семье, где издавна поддерживали еретиков. Его отец, Роже II, настолько почитал катаров, что отдал сына на воспитание еретику Бертрану де Сэссаку. Его мать, Аделаида, сестра графа Тулузского, участвовала в обороне крепости Лавор от крестоносцев легата Генриха Альбанского. Его тетка, Беатриса Безьерская, вышедшая за графа Тулузского, удалилась в обитель совершенных. Воспитанный в среде, где весьма почитали катарскую церковь, юный Раймон-Роже был еретиком настолько, насколько им мог быть дворянин его круга: католик по обязанности и катар по сердцу» (3. Оль-денбург. Костер Монсегюра. СПб., 2001. С. 116).

Далее16

40. Учение Мани также предполагает победу Света над Мраком. «Праведники воспарят в новый эон. построенный Великим строителем, и будут вечно жить там вместе с божествами... Души грешников составят Шар, в который будет заключена вся мужская часть Мрака: а женская его часть будет сброшена в яму (могилу). Между ними будет положен камень, чтобы они никогда больше не смогли соединиться и восстать против Света» (Кефалайа. М., 1998. С. 43). Так что для ма-нихея два начала также не равны по их силе.

Далее12

32. Учение Мани в общих чертах таково. Во вселенной извечно существуют два начала или две силы, которые абсолютно противоположны друг другу, никак между собой не связаны и ничего общего не имеют: Свет и Мрак. Свет первоначально представлял собой нерасторжимое единство. Его персонификация и активное начало — верховное божество, именуемое Отец величия, или Отец, Бог истины. Свет полностью благ и духовен, нематериален; сто творения бессмертны и совершенны. Активное начало второй силы — Мрака — Материя. У порождений Мрака есть пять жилищ, а также миры Сухого и Влажного. Мрак лишен всякого блага и гармонии, полностью бездуховен, его творения безобразны, в жилищах его царит смерть. Силы Мрака извечно находились в борьбе друг с другом. Свет расположен в «высоте», Мрак — в нижней части вселенной, в «бездне». Первоначально Свет и Мрак не соприкасались и не смешивались: непреодолимая граница пролегала между ними. История мира началась с того момента, когда Материя посмотрела на Свет, позавидовала его красоте и пожелала захватить его. Тогда открылись пять жилищ Мрака и излились из них пять стихий: Дым, Огонь (Пожар), Ветер, Вода и Тьма. На почве миров Сухого и Влажного Материя стала выращивать из этих стихий пять видов деревьев. Узнав о замыслах Материи, Отец величия произвел свои божества, первые эманации: Мать жизни и Первочеловека. Материя же, вырастив пять видов деревьев, воплотилась в их плоды и дала им созреть. В это время Пер-вочеловек отделил от себя пять своих эманации, светлые стихии: Воздух, Огонь, Воду, Ветер и Свет, — которые должны были служить ему в предстоящей битве одеяниями — защитой от сил соответствующих пяти миров Мрака. Плоды пяти видов, выращенные Материей, упали на почву миров Сухого и Влажного и из них вышли пять видов архонтов, демонов Мрака. У каждого мира возник один верховный архонт, царь этого мира. Сильнейший из пяти — царь мира Дыма — правит остальными царями. Свои вожди были и у миров Сухого и Влажного. Материя со своими семью царями и двенадцатью слугами во главе всех демонов поднялась войной на Свет. Они захватили некоторую область Света и смешались с ним. Тогда Мать жизни и все светлые божества благословили Первочеловека на битву. Облачившись в пять светлых стихий, он спустился в захваченную Мраком область смешения и вступил с ним в бой. Стихиями своего Одеяния он связал стихии Мрака: Воздухом — Дым, Огнем — Пожар, Ветром — темный Ветер, Водой — темную Воду. Наступление врага было остановлено, но сам Первочеловек остался на поле брани безоружным. Тем временем Отец величия произвел еще одну эманацию — Дух живой (он же Отец жизни). Дух живой воззвал к Первочеловеку, который услышал его в бездне и дал ответ. Эти Зов и Слух стали самостоятельным двуединым божеством, которому предстоит сыграть важную эсхатологическую роль. Дух живой спустился на поле битвы и вынес обезоруженного Первочеловека в страну Света. Мрак был остановлен, побежден и связан, но на границе Света и Мрака осталась область смешения, в которой Свет в виде пяти стихий был раздроблен, связан и смешан с мраком. Пять плененных стихий страдали и плакали. Тогда Дух живой и Мать жизни спустились в область смешения и начали приводить ее в такой вид, чтобы стало возможным выделять из нее частицы света и возносить их вверх. Началось творение материального мира. В распоряжении божеств-творцов оказались суша, влага и пять смешанных стихий. Из тел архонтов была сотворена земля, поставленная посреди моря, над землей были установлены десять твердей, где связаны души архонтов и демонов. Под твердями Дух живой создал Колесо звезд, где вращаются связанные души архонтов, светясь светом разорванных ими Одеяний Первочеловека. Семь царей миров Мрака стали пятью планетами и двумя «восходящими» (астрологические аналоги Солнца и Луны), двенадцать слуг Материи стали зодиакальными созвездиями; как цари сил Мрака они способны оказывать влияние на земные дела. Дух живой облачился в три Одеяния — Ветер, Воду и Свет, — затем снял их, омыл и опустил в бездну, куда по этим Переправам стали спускаться темный Ветер, темная Вода и Тьма. Воздух заполняет пространство между землей и твердями, очищаясь по мере восхождения, а Огонь окружает мир. От земли к небу были натянуты незримые «перепонки» — «лихме», — по которым Воздух и ветер поднимаются вверх, а осадок в виде Дыма и темного Ветра спускается вниз. Кроме того, были установлены три Колеса, посредством которых Ветер, Вода и Огонь поднимаются вверх. Землю Дух живой окружил стеной Воды (морем), стеной Огня и Тьмы. После очищения стихий осадок, остаток темных сил, спускается в преисподнюю, или геенну. Так был сотворен материальный мир. который называют Пояс, или мир Пояса. Стражами над миром поставлены пять эманации Духа живого: над всеми твердями стоит Светодержец, он же великий Строитель, и строит новый зон, куда должен вознестись очищенный свет; в седьмой тверди следит за восхождением света Царь чести; Адамант света сторожит архонтов Материи; Царь славы вращает три колеса стихий; Омофор держит землю и тверди. У каждого из пяти сынов Духа живого находятся в подчинении ангелы. Затем Отец величия послал вниз еще одну свою эманацию - Третьего Посланца, чтобы свет восходил из мира к нему. Третий Посланец явился Свету, чтобы тот устремился ввысь. Но Третьего Посланца увидела Материя и ее силы, которые захотели создать такое же прекрасное существо, чтобы оно стало их богом и защитой от врага. Материя взлетела вверх, пытаясь настичь Посланца, но безуспешно. Упав на землю, Материя породила дерево, из плодов которого вышли архонты двух полов и совокупились, пытаясь породить столь же прекрасное и лучезарное потомство, как Третий Посланец. Однако им удалось произвести на свет лишь ущербных недоношенных Выкидышей. Эти порождения восстали и, захватив вместе с архонтами область, находящуюся под стражей Адаманта света, остановили восхождение Воды, Ветра и Огня. Сильнейший из Выкидышей, Сакла, собрал светоносное семя, отданное другими Выкидышами, и вместе со своей подругой сотворил Адама и Еву, вложив в них этот свет. Адам и Ева были дики и лишены знания о своей светлой душе. Соединившись с Евой, Сакла породил Каина и Авеля. Тогда Отец величия произвел Иисуса-Сияние и Деву света. Иисус-Сияние сошел в область Адаманта света, смирил мятеж Выкидышей и архонтов и восстановил восхождение трех стихий. После этого он воплотился в Еву и в ее образе просветил Адама, дав ему знание о светлой природе его души и указав пути спасения. Для того чтобы очищать и возносить человеческие души, были созданы два Корабля света: Солнце — из светлой стихии огня, и Луна — из воды. На Солнце поселился Дух живой, на Луне — Иисус-Сияние и Дева света, которая является архонтам, чтобы они исторгали из себя свет. У Адама и Евы родился сын Сиф, которому Адам передал все, что изложил ему Иисус-Сияние. От Сифа пошел род праведников, завершающийся самим Мани. Каждому из этих праведников являлся Двойник (эманация Иисуса Христа или его порождения — Разума света), чтобы дать ему божественное знание. Праведник излагал все услышанное от Двойника в книгах и основывал церковь. Некоторое время после смерти каждого основателя церкви — Апостола — церковь пребывала в праведности, но потом приходила в упадок. Тогда для восстановления истинной веры посылался другой Апостол. На протяжении всей истории мира свет освобождается от смешения и возносится ввысь. При этом в душах людей Света остается все меньше и меньше, поскольку род человеческий плодится и размножается, а Свет покидает мир. Перед концом мира Света в нем останется совсем мало. Начнется великая война, и грешники ненадолго одержат победу над праведниками. После этого Зов и Слух образуют божественное единство — Помысел жизни — и, собрав весь оставшийся в мире Свет, сделают из него Последнее Изваяние, которое вознесется вверх. Потом будет послан великий огонь и за 1468 лет сожжет мир. Божества воссядут на престолы и станут судить души людей. Праведники воспарят в новый эон, построенный Великим строителем, и будут вечно жить там вместе с божествами. По истечении срока, равного сроку пребывания в смешении, все они забудут страдание и воссоединятся с чистым, не знавшим смешения Светом. Мрак будет навеки заключен в узы. Большинство персонажей и мифологем манихейства имеют аналоги в гностических системах. Катарская мифология использует, по большей части, библейские образы и сюжеты.

Далее9

25. Несмотря на то что жена графа была бесплодна уже двадцать лет, папа остерегался разрешать развод, который мог повредить интересам короля Франции. В конце концов, после двадцати лет брака, Раймон решил открыть, что его отец, Раймон VI, был одним из крестных отцов принцессы Сансии и что он женат на крестнице собственного отца. Он предоставил свидетелей, и брак был расторгнут.

Далее14

36. Пофлами в Европе называли павликиан; бугр (Bougre) — болгарин, синоним слова «богомил»; бабуны — также одно из названий богомилов, от горы Бабуны в Македонии.

Далее13

33. В этом катары очень близки к воззрениям Мани, согласно которым в области Света («стране Света») царят единство, гармония, согласие и безмятежность, то, что можно охарактеризовать понятием «покой». Мрак, напротив, беспокоен и нестабилен: его силы извечно находятся в борьбе друг с другом.

Далее17

43. Парохлгтос (греч.) - - Заступник, Ходатай. Помощник; Утешитель. Учение о Параклете восходит к НОВОМУ Завету. В Евангелии от Иоанна (Им 1 t -- ](>) ИИСУС обещает апостолам послать вместо себя от Отца Утешителя, Духа истины. Этот образ ПОЛУЧИЛ различную трактовку в ряде раннехристианских учений. Некоторые гностики отождествляли Утешителя с апостолом Павлом; монтанисты и павлпкпа-не — с Монтаном или Сергием. В манихейскпх текстах Параклетом иногда называется Мани как преемник Иисуса в череде Апостолов. В «Кефллайе» (Коптский манихейский трактат) Параклетом обычно называется небесный двойник Мани. Двойник -- эманация Разума света: его функция — являться АПОСТОЛУ, возвещать ему откровение и сопровождать на всем жизненном п\тп. Возможно, что прямым прототипом Двойника является одна из центральных фигур многих апокалипсисов — так называемый angelus interpres, ангел-толкователь. Это ангел или небесная сила, которая является восприемнику откровения и слул-лп' посредником между" ним и небом. Манихейский Двойник СПУТНИК не всякого человека, а только вероучителя. У ка i аров происходит дальнейшая трансформация образа 11аракче га. Согласно катарским представлениям после падения ни- ело» каждый падший ангел стал человеческой душой, заключенной в тело. Нематериальное тело этой заточенной души осталось на небе под охраной некоего святого духа. В обычном состоянии люди эти духа лишены. Результатом consolamentum как раз и было возвращение низвергнутой душе ее святого духа, обязанного после смерти проводить эту душу к ее светлому небесному телу и избавить от последующих перерождений. Поэтому этот дух носил имя Утешающего духа, Параклета, отсюда и термин consolamentum.

Далее15

38. Название «Albigenses впервые было употреблено в 1181 г. Готфридом де Вижуа (Gaui'ridi Vosens. «Chron.» ann. 1181) как производное от города Альби, где еретики были очень многочисленны, и вонью во всеобщее употребление во время Альбигойских крестовых походов. Среди альбигойцев были как абсолютные, так и умеренные дуалисты.

Далее20

48. Фарината делъи Уберти (родился в нач. XIII в.) — глава флорентийских гибеллинов (то есть сторонников империи). Принадлежа к враждебной гибеллинам партии гвельфов (которая в борьбе с притязаниями империи опиралась на папство), предки Данте два раза потерпели разгром. Первым разгромом гвельфов было их изгнание гибеллинами, при содействии конницы императора Фридриха II, в 1248 г. Их дома и башни были снесены. Спустя три года они вернулись во Флоренцию и в 1258 г. в свой черед изгнали властолюбивого Фаринату и его сторонников. Те заручились помощью Сьены (Сиены) и неаполитанского короля Манфреда и в 1260 г. близ замка Монтаперти на реке Арбии нанесли жестокое поражение флорентийским гвельфам и их союзникам. Гвельфам пришлось вторично покинуть Флоренцию. В 1264 г. Фарината умер. В 1266 г., когда Манфред пал при Беневенто, усилившиеся гвельфы возвратились снова. Вслед за тем они прибегли к покровительству Карла I Анжуйского, и, когда тот выслал им в помощь военную силу, гибеллины, в ночь на пасху 1267 г., навсегда покинули Флоренцию. Особенно сурово отнеслась гвельфская Флоренция к роду Уберти. На месте их срытых домов была устроена площадь; амнистия, предоставлявшаяся другим изгнанникам, никогда на них не распространялась, и те Уберти, которые попадали в руки республики, платились жизнью. Наконец, в 1283 г. суд инквизиции посмертно осудил «подражателя Эпикура» Фаринату как еретика. Гвидо Кавальканти (1255 или 1259 — 1300 гг.) — итальянский поэт. После Г. Гвиницелли был главой поэтической школы «Дольче стиль нуово». В канцонах и сонетах воспевал возвышенную любовь к идеальной возлюбленной, стараясь раскрыть философский смысл этой любви.

© 2008 Тайные общества, ордена и секты | Карта сайта