Спор о катарах

У нас, в России, наиболее известны широкой публике два взгляда на катаров или, как их еще называют, альбигойцев, «ересь», процветавшую на юге Франции в конце XII — начале XIII веков и уничтоженную католическими крестоносцами, причем оба эти взгляда только вводят людей в заблуждение. Первый из них — сугубо отрицательный. Мы встречаем его уже в книге А. Селянинова «Тайная сила масонства» (Спб., 1911), где альбигойцы именуются «сектой, созданной евреями» (С. 167), которые, по мнению этого автора, стояли за всеми средневековыми ересями. Л.Н. Гумилев, не имея возможности заклеймить катаров за связь с евреями, изобрел для их дискредитации термин «антисистема». Под этим подразумевается «жизнеотрицающий критический настрой, отвращение к действительности, стремление к ее рассудочному упрощению, а в пределе — к уничтожению» (Ю.М. Боро-дай. Этнические контакты и окружающая среда//Природа, 1981, № 9. С. 82—85). Примеры, которые приводит Л.Н. Гумилев: «грандиозная, увлекательная антисистема» гностицизма и «могучая антисистема» манихейства (Этногенез и биосфера Земли. Л., 1990. С. 474). Насчет последней Ю.М. Бородай добавлял, что она была к тому же еще и «свирепая», и сам в результате освирепел до того, что одобрил крестовый поход против альбигойцев. Если верить, подобно катарам, в переселение душ, можно подумать, что в тело русского ученого Бородая вселилась душа папского легата Амальрика, который при штурме города Безье 22 июля 1209 г. отдал приказ: «Убивайте всех! Господь разберет своих!».

Л.Н. Гумилев, говоря о манихействе, утверждал, будто «это учение... вызывало отвращение всюду, где проповедовалось» (Тысячелетие вокруг Каспия. М., 1993. С. 190). Он со злорадством писал: «То, что манихеи к концу XIV века исчезли с лица Земли, неудивительно, ибо они, собственно говоря, к этому и стремились» (Этногенез и биосфера Земли. С. 479). Налицо явное противоречие: и тысячу лет спустя после смерти Мани его учение вызывало такое «отвращение», что подавить его удалось только силой!

Л.Н. Гумилев и Ю.М. Бородай умалчивали, однако, что под их определение «антисистемы» по всем параметрам подпадает и столь любезное их сердцу христианство. В.В. Розанов в своей книге «Люди лунного света» описывал христианство как религию, стремившуюся к уничтожению жизни на Земле. А задолго до Л.Н. Гумилева польский неоязычник Ян Стахнюк (1905—1963) создал теорию «антикультуры», разновидностями которой он считал буддизм и христианство (Stanislaw Potzebowski. Zadruga. Bonn, 1982, S. 165).

renault. Далее2

Автор предлагаемой теперь нашим читателям книги, Рене Нелли (1906—1982), — человек, для которого тема катаров — не далекая экзотика. Он сам уроженец Каркассонна, т.е. родом как раз из тех мест, где некогда зверствовала крестоносная «люциферова челядь», «разбойничий сброд негодяев», по выражению К. Маркса. Рене Нелли был серьезным ученым, но не просто ученым; он ставил своей целью «очистить катаризм от оккультистских фантазий и от узкого сциентизма, в который заключают его отдельные специалисты». Чтобы лучше понять катаризм, Нелли пытался как бы сам влезть в шкуру катара, представить себе, как эти люди жили, о чем думали, к чему стремились. Метод вообще-то очень правильный, но беда в том, что дошедшие до нас сведения о катарах весьма отрывочны, поэтому многое приходится домысливать, а это каждый делает, как говорится, в меру своей испорченности, то есть тенденциозно. Если зоолог может по одной кости воссоздать облик животного в целом, то нельзя по одной идее составить представление о мировоззрении в целом, поскольку идеологические системы часто бывают столь эклектичны, что их символическим образом может быть разве что какой-нибудь василиск.

Далее4

Шатания P. Нелли привели к тому, что школа Ж. Дювернуа — А. Бренон выбросила за борт все, что было наиболее ценного в его работах. Ж. Дювернуа, который сам раньше называл веру в два начала основой катарской догмы, позже стал доказывать, будто онтологический дуализм является одной из наименее характерных черт катаризма, будто дуалистические теории катарских идеологов были всего лишь «схоластическими упражнениями», «играми толкователей» (J. Duvernoy, цит. cor. С. 363—363). А. Бренон называет катарский дуализм не иначе как «пресловутым» (журнал «Heresis», №> 24. июнь 1995, С. 33). И это при том что работа Р. Нелли «Философия катаризма» имела подзаголовок «Радикальный дуализм в XIII веке» (в новом издании лжеученики Нелли, наверное, заменят «радикальный» на «пресловутый»); и это при том что Р. Нелли считал в катаризме единственно оригинальной только радикальную дуалистическую систему, которая, кстати, была больше распространена, чем так называемый «умеренный дуализм»; и это при том что в обоих списках прегрешений боснийских катаров, относящихся к XIV—XV векам, которые Ж. Дювернуа приводит на с. 352—354 своей книги «Религия катаров», вера в двух богов стоит на первом месте; и это при том что инквизиторы излагали суть учения катаров следующим образом:

Далее1

Второй миф о катарах, хотя и положительный, но тоже миф, пришел к нам из Германии, причем путаница там началась отнюдь не с опер Р. Вагнера, а с их первоисточника — написанной в XIII веке поэмы Вольфрама фон Эшенбаха «Парцифаль », автор которой приплел к катарам тему Грааля и его хранителей — тамплиеров, связав их через замок Монсальват, прообразом которого послужил Монсегюр, последняя катарская крепость в Пиренеях, павшая 16 марта 1244 года. Есть ученые, которые возражают против отождествления Монсегюра с Монсальватом, а зря. Владелец замка Грааля в поэме Эшенбаха носит имя Перилла, а был настоящий Раймон де Перелла, вассал графа Фуа, которому еще в 1204 году глава катарской церкви Гильябер де Кастр поручил отстроить Монсегюр. Так что фон Эшенбах явно «слышал звон», но не более того. Американский историк Генри Чарльз Ли убедительно доказал в своей «Истории инквизиции в Средние века» (СПб., 1911), что тамплиеры не имели никакого отношения к катарам. Известно, в частности, что Гийом де Ногарэ. организатор разгрома ордена тамплиеров при Филиппе Красивом, был родом из Тулузы и слыл в ней мстителем за своих предков — катаров. В обвинениях тамплиеров в ереси в XIV веке было не больше истины, чем в обвинительных актах сталинских процессов 30-х годов, а «признания» выбивались одними и теми же средствами. Вторично тамплиеров сделала еретиками масонская традиция, восходящая к XVIII веку.

Далее3

Те, кто стремится притянуть катаризм за уши поближе к христианству, постоянно подчеркивают христианское внешнее оформление катаризма, частые ссылки на Священное Писание и т.п. Но у этих исследователей просто нет опыта советских диссидентов, которым в условиях коммунистической диктатуры тоже приходилось мимикрировать, подлаживаться к языку официальной идеологии и взывать к авторитетам Ленина и Маркса, в грош их не ставя. Да, катары действительно называли себя «истинными христианами», но точно так же называли себя и манихеи в Римской империи; в других же странах они выдавали себя за «истинных зороа-стрийцев», «истинных буддистов» и т.п. И дело тут было не только в мимикрии. Мани объявил себя последним из божественных посланцев, каковыми он считал Заратустру, Будду и Христа. Манихеи утверждали, что только они сохранили некую изначальную истину, утраченную и искаженную всеми прочими религиями, так что они могли вполне искренне выдавать себя за истинных представителей любой религии.

Далее5

Р. Нелли доказывал также, что для катаров два начала были принципиально неравны по своей природе и значимости (Les Cathares. P. 79), но в другом месте той же его книги (на с. 132) мы читаем, что у манихеев они тоже были неравны: в конце времен Зло будет изолировано и лишено возможности вредить.

© 2008 Тайные общества, ордена и секты | Карта сайта